Свои своих не сажают, или Судебно-правовая комедия в Черкассах

Посмотришь порой телевизор, почитаешь новости в интернете и кажется – нет конца и края этой войне за реформы, борьбе с коррупцией, трансформации законодательства, искоренении кумовства и т.д. А на самом-то деле весь этот ворох проблем упирается в одну – в Украине отсутствует судебная система. Что-то эдакое с таким же названием присутствует, но это – что-то совсем другое. А в своём истинном предназначении судебной системы в Украине, увы, нет. А коли так, становится совершенно неважно, какие именно законы действуют в той или иной отрасли. Всё равно неисполнение или нарушение этих законов ведёт в суд, а там, поскольку добро всегда побеждает зло, кто победил – тот и добрый.

Многие специалисты, кстати, говорят, что законодательство в Украине вполне даже и неплохое, просто никто его не соблюдает.

В истории, которую мы вам сегодня расскажем, всё ясно, как божий день. Кто-то что-то сделал, есть тому подтверждение и доказательства. Казалось бы, суд должен дать оценку произошедшему и вынести решение. Если кто-то нарушил закон – его следует наказать. Вот и всё. А если закон нарушил представитель власти? А если целое ведомство прикрывало это правонарушение? Что, наказать их всех? И тут у нашего отечественного судьи оказывается тонка кишка. И очень много близких знакомых, которые очень просят «как-то это порешать». Вот это самое содружество родов войск, а другими словами – крепкие коррупционные связи – непреодолимым барьером стоит на пути Украины к светлому цивилизованному будущему.

Как гласит Закон, строительство в Украине осуществляется под строгим контролем государства.
Для контроля за строительством и выдачи строительных лицензий специально создана и действует Инспекция государственного архитектурно-строительного контроля, инспекция ГАСК. Начальником такой вот Черкасской инспекции ГАСК работал Андрей Владимирович Захарченко.

Работал-работал, и летом 2013 года решил уволиться, заняться здоровьем. Однако на следующий день после увольнения Андрея Захарченко арестовали сотрудники СБУ, причём взяли якобы на горячем – среди вещей, найденных у Захарченко, понятые отметили пакет с 80 000 гривен. Так, по обвинению в получении взятки, Захарченко был взят под стражу, а позднее – отправлен под домашний арест.

«Что здесь несправедливого?» – спросите вы. Взял чиновник взятку, был пойман на горячем, ну и прекрасно! Но Андрей Захарченко вины своей не признавал и всячески настаивал, что деньги ему подбросили. Прямо скажем, история с взяткой, и правда, выглядела нелогичной. Андрей Захарченко уволился с занимаемой должности за сутки до того, как его задержали с деньгами. И человек, передававший ему деньги, об этом знал. За какие услуги мог брать взятку чиновник, вчера переставший быть чиновником? Да и обстоятельства задержания Захарченко выглядели как-то странно.

И вдруг… Истинная картина свалилась на головы участников процесса из самого неожиданного места. Из прокуратуры. Следователь, ознакамливая адвоката с материалами дела, передал ему аудиодиск с записью операции захвата Захарченко. А там — … Вот она, глупость человеческая и низкий профессионализм! Там, на диске, оказалась полная аудиозапись с микрофона, прикреплённого к подставному человеку, который «давал взятку». И на записи — совершенно очевидным образом слышно, что Захарченко денег не брал, а вся эта комедия нескладно разыграна сотрудниками СБУ! Захарченко пришёл на работу за вещами, чтоб на следующий день уехать на лечение, и ни о каких деньгах слыхом не слыхивал! Впрочем – теперь обо всём по порядку.

Живёт в Черкассах господин, зовут которого – Юрий Мезенцев. Не то, чтобы он прямо был воротилой или олигархом, но на местном уровне – вполне влиятельный мужчина.
Во владении этого господина Мезенцева, кроме всего прочего, есть пристройка к зданию, которую он на тот момент никак не мог легализовать. И причину своих бед видел в несговорчивости начальника инспекции ГАСКа Андрее Захарченко. Дескать взяточник он и редиска. Захарченко свою позицию объяснил иначе: Мезенцев совершенно незаконно пристроил к дому целый торговый комплекс, без какого-либо оформления запустил туда арендаторов, а теперь хочет легализовать эту пристройку минуя все процедуры. Захарченко на нарушение закона не пошёл и нажил себе в лице Мезенцева опасного врага.

Юрий Мезинцев и его нелегальные владения

Юрий Мезинцев и его нелегальные владения

 

Мезенцев не скрывал, что среди его бизнес-партнеров есть сотрудники СБУ. Естественно, к ним он и обратился. Сколько сейчас стоят такие услуги в Черкасском СБУ – мы не знаем, но тогда, в 2013 году Мезенцев собрал с арендаторов своих помещений 50 000 грн., предназначенные для оплаты услуг сбушников. Арендаторам, правда, он сказал, что это деньги на взятку Захарченко, но из материалов дела достоверно известно, что деньги, которые подложили Захарченко, выделены из бюджета СБУ.

Далее – соколы Феликса Эдмундовича взялись отрабатывать гонорар.

Действие первое. Бывший сотрудник ГАСКА Геннадий Шишов по поручению Мезенцева встречается с молодым инспектором ГАСКА Максимом Михайленко, предлагает ему взятку и тут же с поличным сдаёт сбушникам. Михайленко, конечно, сразу же написал заявление, что брать взятки его принуждало начальство, и что он готов всячески содействовать следствию. В общем, сам по себе этот молодой инспектор никого не интересовал, но, оказавшись на крючке у спецслужб, он стал надёжным резидентом в окружении Андрея Захарченко.

Максим Михайленко

Максим Михайленко

 

Действие второе. Завербованный Михайленко встречается с сотрудниками СБУ и получает чёткую инструкцию (которая зафиксирована самими сбушниками) – встретиться возле работы с Андреем Захарченко, пригласить его в свой автомобиль, под любым предлогом дать ему в руки пакет с деньгами и произнести вслух фразу, которая станет сигналом для захвата: «Ну всё, можно ехать в Крым!» Главное, сказали , чтоб он взял в руки. Там специальная краска на деньгах, дальше – не отвертится.

Михайленко старался сделать всё, как учили. Встретил Захарченко возле работы, отозвал в сторону поговорить, зазывал в свой микроавтобус, где лежал приготовленный кулёк с деньгами. Но кое-чего начинающий диверсант не учёл. Дело было в июле, на улице стояла жара и Андрей Владимирович не захотел садиться в душную машину. Жарко, говорит, давай на улице постоим. Поговорив ни о чём, Захарченко отправился на работу. Накануне он написал заявление об уходе и приехал забрать свои вещи. А Михайленко сел в свою машину и отъехал, пытаясь дозвониться сбушникам и доложить о провале операции. «Как не взял? — слышно на аудиозаписи. — А где деньги?» «Вот», — отвечает горе-провокатор. «Давай скорее сюда, его там уже захватили!»

После чего сотрудник СБУ бежит с деньгами в здание ГАСКА, в котором Андрея Захарченко задержали между этажами, где нет камер наблюдения и уже 20 минут держат в наручниках лицом к стене, никого не подпуская. К вещам Захарченко, разложенным на полу, подкладывают пакет с деньгами, с Захарченко снимают наручники, приглашают понятых и начинают оформление.

Финал. Есть протокол задержания, есть показания понятых, видевших среди вещей арестованного пакет с деньгами, есть заявление Михайленко. Казалось бы — вот и состряпано дельце, есть всё необходимое, для обвинения Захарченко в получении взятки.

Но только ни на руках Захарченко, ни на его одежде нет следов краски, которой помечены деньги. И аудиозаписи, сделанные сотрудниками СБУ, свидетельствуют о том, что никакой взятки не было и в помине. И что представители закона, сотрудники службы безопасности Украины инсценировали преступление, чтобы обвинить в нём невинного человека!

Прошло почти два года.

Параллельно идут два процесса. Приднепровский суд г. Черкассы по-прежнему ведёт дело по обвинению Андрея Захарченко в получении взятки. И в рамках этого суда правоохранители изворачиваются, как могут. Сбушники пытаются объяснять свои голоса на аудиозаписях, говорят, что все всё неправильно поняли, а они имели в виду что-то совсем другое…

Вот например, на записи слышно, что когда Михайленко не смог подкинуть деньги Захарченко, к нему прибежал сотрудник СБУ и говорит: «Где деньги?», а Михайленко в машине показывает на пакет и отвечает: «Вот». А теперь СБУ настаивает, что Михайленко ответил «Вон» имея в виду, что они у Захарченко, хотя Захарченко в это время был далеко за пределами видимости, в здании ГАСКа. А суд никак не назначит независимую экспертизу этих записей.

И всё в том же духе – мелкие махинации, призванные на помощь большому ведомству.

Оказалось, что сбушники «пасли» Захарченко задолго до ареста. Незаконно прослушивая его телефонные разговоры, силовики изучали круг знакомств и образ жизни своей жертвы. Теперь прокуратура пытается какие-то из этих записей представить в суде, как доказательства каких-то подробностей. Мы писали об этом в нашем материале.

Дошло до того, что прокурор прямо в зале суда пытается доказать, что силовики имеют право прослушивать граждан просто так, без уголовного дела. Потом всплыла какая-то государственная тайна – прокурор сказал, что решение суда на прослушивание Захарченко было, но оно засекречено в связи с наличием в деле государственной тайны. Что за тайна – никто не понял. И вообще, конечно, такая постановка вопроса принципиально меняет картину правового поля в стране: лови кого хочешь, сажай, если спросят «за что?» — отвечай: «это государственная тайна!». По логике черкасской прокуратуры никакими документами подтверждать ничего не надо.

А суд кивает, охает, вздыхает, слушает все эти, извините, бредни, а, может быть, где-то за кулисами даже сам их и подсказывает нерадивым служакам.

Одновременно с судом идёт другой процесс. Прокуратура раз за разом открывает уголовное производство по заявлению Захарченко, в котором Андрей Владимирович обвиняет в преступлении сотрудников спецслужб, организовавших инсценировку с Михайленко. И доказательств, как вы понимаете, в этом деле хватает.

Прокуратура, конечно же всячески волынит, то пытается дело закрыть, то передаёт другому следователю… Ну очень не хочется сажать своих, это понятно.

Очередной прокурор, которому передали дело. Очень не хотел, чтоб мы его сфотографировали

Очередной прокурор, которому передали дело. Очень не хотел, чтоб мы его сфотографировали

 

Вот так и живёт Андрей Владимирович Захарченко. Или нет, скажем иначе. Так и живёт вся наша страна. Суд уже который год не может закончить процесс, потому что доказательная база ведёт к оправдательному приговору, а отечественные судебные традиции оправдательных приговоров не подразумевают. Как это «оправдать»? Значит надо кого-то за ложное обвинение наказать? А если человека лишили из-за этого обвинения свободы? Это что же, своих сажать?! А прокуратура все эти годы не может найти очевидных следов преступления в действиях своих коллег. Из тех же соображений.

Вот и выходит, что пока из телевизора нам рассказывают про реформы, наши суды продолжают судить не по закону, а на своё усмотрение. Никто своих сажать не собирается.